×
Welcome 2018

"FOOTбольные люди"

Что стоит прочитать о футболе: книга Ильи Казакова
Поделиться 29 Апреля 2016
Николай Галкин/ТАСС
Книга Ильи Казакова "FOOTбольные люди"

Маленькие истории большого футбола

"Сёмин и лошадь", "Динозавр Вадима Никонова", "Похищение в Цюрихе", "Тот самый Макс", "Голый Маслаченко", "Виски для Бышовца" – в пестрых главах воспоминаний, собранных известным тележурналистом Ильей Казаковым, десять лет проработавшим пресс-атташе российской сборной по футболу, найдутся тексты и для аналитиков, и для футбольных сплетников, и даже для любителей животных.

В работе каждого журналиста бывают "звездные" моменты – в руки попал верный эксклюзив, удалось проникнуть туда, куда коллегам вход заказан, или разговорить известного молчуна (такое бывает не так уж редко) и опубликовать его рассказ (почти никогда). У телевизионного комментатора такой момент может случиться в эфире – и это настоящее счастье, ведь твою победу сразу видит весь мир. Автору этой книги повезло именно так: Илья Казаков "расколол" одного из самых невозмутимых еврочиновников последнего времени: маска вечно улыбающегося дипломата, казалось, приросшая к лицу Йозефа Блаттера, на миг сползла.

Интервью мне не нравилось. Оно выходило настолько заурядным, что самому было противно. Следующим вопросом было что-то про ФИФА и о том, что этот Кубок мира даст этой могущественной организации. Я уже открыл рот, но вдруг, к собственному удивлению, выдал:

- А какое ваше первое воспоминание о футболе. Сколько лет вам было, когда вы оказались на стадионе?

Блаттер выпрямился. Но сказал сразу, без паузы, только интонация была уже иной:

- Мне было три года. Мой отец играл в футбол. Я стоял у края поля и увидел, как мяч катится в мою сторону. Тогда я побежал за ним.

После этого дело вернулось к привычному протоколу, но мгновение было поймано: в журналистской биографии героя появилась та самая "звездная" минута.

Истории о миллионах долларов, голах, скандалах, позы и портреты великих спортсменов и тренеров соседствуют в книге и с анекдотами, и даже с философскими притчами. Темперамент автора велик, и иногда ему вполне удается донести свои озарения до читателя. Вот одно из них: некая российская команда оказывается в Иерусалиме у Стены плача. Прослушав экскурсию, спортсмены начинают совать в щели древней кладки записочки с пожеланиями.

Они вернулись в отель и за ужином обсуждали, кто что написал. Обычная спокойная беседа. Заискрившая, когда один из них признался, что написал, чтобы его купил "Арсенал". Или "Интер". Над ним хохотали. Футболисты, как правило, народ веселый. Посмеяться друг над другом умеют.

А через какое-то время человек уехал играть в "Арсенал". И потом в "Интер". Только "Арсенал" был из Тулы, а "Интер" – из Баку.

Если о чем-то просишь, проси конкретнее.

Футбола в книге так много, что кажется, будто влюбленный в него автор иногда сам устает, отвлекается на описание пейзажа, разговора с женой или литературного впечатления. Но спорт то и дело возвращает его и нас к своим мужским реалиям. А эти реалии иногда начинают сами управлять повествованиям и даже не стесняются выходить за рамки приличия. Таков эпизод "Сёмин и лошадь", хотя Заслуженный тренер России, мастер спорта Юрий Павлович Сёмин очутился в названии вместе с этим животным не совсем справедливо, поскольку выступает в роли отнюдь не комической. Он для игроков отец родной, строгий и справедливый. Повез "Локо" перед игрой с "Лацио" на сборы на Кавказ. Загонял тренировками. И решил дать расслабиться – устроить шашлык для команды на фоне гор. Все шло хорошо, пока не выяснилось, что пропала бутылка водки, припасенная для персонала. А вскоре возник и автор пропажи, да как возник – прискакал, выделывая немыслимые курбеты, на коне.

Он был в мясо. В хлам. В стельку. Стало ясно, куда уплыла та бутылка. И прежде чем Юрий Палыч нашел слова, всадник сказал ему, хлопнув по лошади позади себя:

- Ну, чего смотришь? Садись, поскакали! 

Как написал по похожему случаю великий Марк Твен: "Опустим завесу жалости над концом этой сцены". Заметим, что игрока все-таки не отчислили, ведь многие герои книги, и не только Семин, – прагматики и настоящие государственные мужи, которые ценными кадрами не разбрасываются. А против Вьери тот футболист выступил прекрасно. Подробности разговора между тренером и спортсменом в книгу не вошли, но можно не сомневаться, что они не оставили бы равнодушной даже втравленную в эту историю лошадь.

Даже в анекдотах Казаков дает почувствовать суровость профессионального футбола – она прорывается то в смачной ругани грозного тренера (автор общался минимум с десятком великих), то в жестких разговорах чиновников, а то и в железной лапище тафгая советской сборной, защитника Сергея Горлуковича, давящей на журналистское плечо – поговорили перед эфиром, как пройдет интервью. От суровости до героизма один шаг, и он в книге тоже сделан не раз – и журналистами, чудом спасавшими прямые включения от чудовищных накладок, и спортсменами, совершавшими подвиги и на газоне, и в жизни.

Эта калейдоскопическая пестрота иногда начинает утомлять, но автор – техничный журналист, способный дать читателю передышку. Футбол бывает в его маленьких историях не только торопливым, смешным и жестким. Он может замедлиться, стать грустным или светлым. А иногда в контрапункте игры появляется другая тема: книгу будет полезно изучить не только фанатам футбола и историкам спорта, но и людям, только начинающим работать в СМИ. Местами это настоящий учебник полевой журналистики, пусть и в форме баек.

Когда-то операторы были гигантами. Могли жить впятером в провинциальном люксе, варить кипятильником суп из пакетика в раковине, заткнув слив носком. Подпалив дорогой диван «примой», распиливали его и выносили по частям в кофрах, чтобы не платить за урон. Но такси до Москвы из Турции все равно никто из них не заказывал.   

Две очень популярные профессии под обложкой сборника маленьких историй о большом спорте хорошо ужились, а значит, и благодарный читатель у "FOOTбольных людей" найдется.

Еще