"Самые сложные дни – это открытие и закрытие. Это две горячие точки"

Интервью с переводчиком Екатериной Зверевой
Поделиться 01 Июля 2016
Роль переводчика на крупных событиях частую бывает очень сложной – подъем в любое время суток, как по сигналу тревоги, и непрерывный перевод на протяжении многих часов... Об особенностях работы welcome2018.com рассказала будущий волонтер и переводчик Чемпионата мира 2018 года Екатерина Зверева.

 Как ты решила стать переводчиком?

 
© Из архива Екатерины Зверевой

– Изначально я не собиралась становиться переводчиком в чистом виде, но мне всегда хорошо давались языки. Это стало одной из причин, почему я пошла учиться в МГИМО. Сейчас я в совершенстве владею французским, испанским и английским языками. Я учусь на юриста, но все равно постоянно занимаюсь переводом в совершенно разных сферах: от политики до парусного и автомобильного спорта (это не является моей основной работой). Очень большую работу я проделала на Олимпийских играх 2014 года в Сочи, а теперь с нетерпением жду Чемпионата мира по футболу 2018.


– Олимпиада – очень крупное событие. Поделись воспоминаниями о месяце в Сочи.

– Порой приходилось вставать глубокой ночью, когда приезжала какая-нибудь делегация. В целом, спали мы там немного. Но самые сложные дни – это открытие и закрытие. В это время огромный наплыв самых разных гостей. И дело не в том, что кто-то приехал, а кто-то не смог. Просто это две самые горячие точки. Происходит суматоха, хоть и структурированная. В эти дни мы работали с восьми утра до часу ночи. Проблема в том, что безупречной системы не бывает, что-то не срабатывало, кто-то отправил не те документы, например. Во время Олимпиады все объекты были закрытыми, в Олимпийский парк и деревню нельзя было попасть без пропуска, а чтоб его получить, необходимо было отправить различные данные задолго до начала мероприятий. Часто случалось, что гости ошибались и оставались без допуска. Чтобы решить эту проблему, требовалось по несколько часов. В этот момент возникали конфликтные ситуации, тут-то и происходило самое сложное. Нужно было не просто перевести слова, но перевести так, чтобы сгладить ситуацию. Все подобные случаи на моей практике заканчивались хорошо.

 Но оно того стоило?

– Конечно! Я нигде такого не испытывала, как на Олимпийских играх. Я как будто оказалась в другом мире. Люди все становятся улыбчивыми, счастливыми, находятся в постоянной эйфории, потому что они причастны к этому празднику. Будь то работник, волонтер или просто гость – у всех на лице радость. Это была какая-то фантастическая вспышка в моей жизни.

Есть ли разница, кого переводить?

– Я особой разницы не чувствую между спортсменами или официальными представителями. Трудно бывает, когда у человека не самая четкая дикция. Но это решается легко – нет ничего постыдного в том, чтобы переспросить. Ко всему прочему, на таких мероприятиях собирается международное сообщество с большой языковой группой. Как правило, это далеко не только английский язык, поэтому всегда есть шанс для маневра, всегда можно выкрутиться, если перейти на другой язык.

– На Чемпионате мира 2018 года кого бы ты хотела переводить? Спортсменов или, например, представителей FIFA?

– На мой взгляд, работа со спортсменами более живая, менее официальная. Но мне, в связи со спецификой образования, которое я получаю в МГИМО, привычнее работать с официальными делегациями. У меня большой опыт работы с политическими переводами, на различных заседаниях и т.д. Там я себя чувствую как рыба в воде, просто привычка. А как получится, посмотрим.

– Возникали какие-то сложности в связи с особенностями языковых групп?

– На Олимпиаде у нас работала одна девушка, она руководила голландским клубом. К ней приезжало очень много гостей – спортсмены, делегаты. Тогда я столкнулась с такой сложностью, как голландские имена… Запомнить их, правильно произнести, записать, перевести – это было очень нелегко. Признаюсь, периодически возникали ошибки, неловкие ситуации. Но что делать, порой случается... Для меня еще была проблема в том, что немецким языком я не владею, он сложный для меня.

Наверное, часто случается, когда твои иностранные коллеги спрашивают у тебя о русском языке. Насколько наш язык сложен для них?

– Русский сам по себе язык сложный, особенно это касается произношения. Сложный он для всех. Я на своем опыте знаю, какие проблемы русский доставляет французам и франкоговорящим швейцарцам. Эти языки очень сложно сочетаются. В качестве примера я могу привести моего друга из Франции, который очень хорошо выучил русский, правильно склонял, спрягал, писал и т.д. Но я до сих пор поправляю его ударения. С этим проблема остается.

О чем ты как переводчик можешь попросить своих возможных спикеров?

– Разумеется, не торопиться. Когда человек говорит слишком быстро и долго – это стресс для переводчика, ведь приходится тратить достаточно много сил на то, чтобы запомнить всю речь. Могу сказать, что это в особенности касается французов и испанцев – говорят быстро и много. А так мне всегда комфортнее, когда вокруг немного людей. Обстановка становится менее официальной, спикер понимающе относится к твоей ситуации, при необходимости можно попросить повторить. Впрочем, с хорошим человеком всегда можно договориться заранее.