Большой театр

Сергей Фадеичев/ТАСС

История Большого театра началась в 1776 году, когда Екатерина II разрешила князю Петру Урусову открыть театр в Москве. Правда, его Петровский театр, названный так по месту своего расположения (на Петровке), сгорел еще до открытия. Дело продолжил англичанин Майкл Медокс. Его театр простоял четверть века и в 1805 году тоже сгорел. После войны с Наполеоном строительство театра было включено в генплан восстановления Москвы. Новое здание (1825 г.) по проекту Осипа Бове было уничтожено очередным пожаром (1853 г.). К коронации Александра II театр срочно восстановили (1856 г., архитектор Альберт Кавос). Позже здание пережило еще несколько реконструкций, но внешне уже не особо менялось. Последняя и самая серьезная реконструкция длилась с 2005 по 2011 год. Чтобы труппа не прекращала работу, в 2002 году рядом построили здание Новой сцены.

После шестилетней реконструкции историческое здание Большого снова стало важным туристическим объектом. Теперь сюда ходят не только балетоманы и любители оперы, но и обычная публика – посмотреть на хрустальную люстру и позолоченные интерьеры, покататься на скоростных прозрачных лифтах. Несмотря на статус Большого как важной исторической достопримечательности, руководство труппы не стремится превратить театр в музей классических постановок. Театр держит курс на актуальные интерпретации классики, тесное сотрудничество с зарубежными театрами, современными авторами и режиссерами-новаторами.

Недаром для открытия Исторической сцены театр подготовил "Руслана и Людмилу" Михаила Глинки в постановке Дмитрия Чернякова, представителя нового типа оперной режиссуры. В спектакле разрушались все старые театральные клише – начиная с наивной традиции представлять Древнюю Русь в золотых кокошниках и шелковых кафтанах и заканчивая детским восприятием сюжета как волшебной сказки о злом волшебнике и похищенной невесте. Борьба режиссера с псевдорусским оперным шиком и театральными нелепостями вызвала непонимание и бурный протест сторонников традиционного подхода. Схожую реакцию публики, привыкшей к архаическому стилю оперных постановок, вызывали и другие спектакли Большого: "Дети Розенталя" на музыку Леонида Десятникова в постановке Эймунтаса Някрошюса, "Золотой Петушок" Кирилла Серебренникова, "Евгений Онегин" Дмитрия Чернякова и другие. Чтобы примирить консервативную публику со стремлением театра к обновлению, в Большом теперь внятно разграничена репертуарная политика. Новая сцена отдана разного рода экспериментам. А в Историческом здании показывают бессмертную балетную классику ("Лебединое озеро", "Жизель", "Щелкунчик"), героико-патетическое советское ретро ("Спартак" и "Легенда о любви" Юрия Григоровича), сюжетные балеты западных неоклассиков ("Дама с камелиями" Джона Ноймайера), оперные "консервы" ("Борис Годунов" в версии 1948 года) и современные костюмные спектакли, близкие традиционному оперному канону ("Кармен" режиссера Алексея Бородина, "Пиковая дама" в постановке Льва Додина, "Травиата" Лорана Кампеллоне, "Царская невеста" Юлии Певзнер , "Дон Карлос" Эдриана Ноубла). В соответствии с этим принципом в Большом театре установлен и разный диапазон цен: билеты на Историческую сцену, где идут народные хиты, стоят в несколько раз дороже, чем на Новую.